G. F. Händel Deidamia Teil 1 Festspieloper 2026

Лабиринт маскарада и страсти: «Деидамия» Георга Фридриха Генделя в Геттингене Постановка последней оперы Георга Фридриха Генделя «Деидамия» на Международном Генделевском фестивале в Геттингене, осуществленная в копродукции с Wexford Festival Opera, предлагает захтитывающее погружение в позднее творческое наследие композитора. Впервые представленная в Лондоне в 1741 году, «Деидамия» занимает уникальное место в каталоге Генделя, мастерски соединяя каноны оперы-сериа с более легким, почти ироничным драматическим тоном, предвосхищающим стилистические сдвиги середины XVIII века. Либретто Паоло Антонио Ролли, основанное на мифологическом сюжете о спрятанном в женском плаще Ахилле при дворе Ликомеда на острове Скирос, создает плодотворную почву для психологической двусмысленности, гендерных игр и меняющихся привязанностей. Под музыкальным и режиссерским руководством Джорджа Петру, возглавляющего Геттингенский фестивальный оркестр, эта постановка с головой погружается в хрупкий ироничный баланс произведения, обрамляя лабиринт идентичности безупречным инструментальным и театральным мастерством. В центре вокально-драматической архитектуры находится Софи Юнкер в заглавной партии Деидамии. Юнкер воплощает трагическое ядро оперы с изысканной чуткостью, уравновешивая гордость королевской особы с глубокой уязвимостью женщины, оставленной наедине с эмоциональной неопределенностью. Ее исполнение взмывающих вверх мелодичных линий Генделя отмечено безупречным легато и глубоким стилистическим пониманием. Юнкер передает изменчивые состояния героини — от тихого смирения до пылкой ревности — с вокальной подвижностью и пронзительной эмоциональной искренностью, которые удерживают всю сюжетную арку. Ее взаимодействие с переодетым героем наполнено напряжением, вовлекая слушателя в личные ставки геополитического конфликта, маскирующегося под бытовую интригу. Противовесом выступает Бруно де Са в партии Ахилла (Пирры), привносящий в спектакль интригующую вокальную и сценическую динамику. Воплощая легендарного воина, вынужденного скрывать свою личность в женском платье, де Са демонстрирует кристально чистую, подвижную сопрановую фактуру и притягательную сценическую харизму, блестяще подчеркивающую комизм и гендерную текучесть ситуации. Его техническое владение стремительными колоратурами Генделя поражает воображение, позволяя с легкостью преодолевать головокружительные интервалы и быстрые пассажные деления. Помимо вокальной виртуозности, де Са успешно передает психологическое напряжение юного героя, разрывающегося между воинской славой и страстью к Деидамии, превращая свое выступление в глубокий и достоверный психологический этюд. Второстепенные персонажи придают дополнительные краски сложному гобелену желаний и обмана. Николо Бальдуччи в партии Улисса демонстрирует убедительное контратеноровое исполнение, используя сфокусированный тембр для передачи хитроумной власти греческого посланника, чья миссия заключается в разоблачении скрытого героя. Сара Гилфорд в роли Нереи дополняет вокальный ландшафт ярким, искрящимся сопрано, привнося в постановку шарм и театральную живость. В нижнем регистре Рори Масграз в роли Феникса создает надежную баритональную опору, а Петрос Магулас привносит весомость и царственный авторитет в образ царя Ликомеда, закрепляя отцовское и монархическое измерения двора Скироса. Визуальное и пространственное решение спектакля опирается на сценографию и костюмы Георгины Герману, которые тонко обыгрывают темы маскировки, разоблачения и античного наследия, при атмосферном освещении Эрнста Шиссля. Хоровые партии, подготовленные Антониусом Адамске в исполнении Камерного хора Геттингенского университета, обеспечивают прозрачную и богатую звуковую подушку, подчеркивающую масштабность драматических моментов. Джордж Петру ведет Геттингенский фестивальный оркестр с исключительным вниманием к динамическому темпу, выявляя кристальную красоту инструментовки Генделя и сохраняя бодрый театральный импульс, который наполняет барочный шедевр актуальным звучанием.