"Февраль. Достать чернил и плакаты" (Лирика)

https://essayopus.com/Февраль_Достать_чернил_и_плакаты_Лирика Достать чернил и плакать! Когда я устаю от пустозвонства Во все века вертевшихся льстецов. Мне хочется, как сон, при свете солнца, Припомнить жизнь и ей взглянуть в лицо. Борис Леонидович #Пастернак - поэт, прозаик, переводчик, теоретик литературы - необыкновенно одаренный и яркий человек. Поэт лирико-философского склада восторженно приветствует революцию: она видится ему сбывшейся мечтой всех страдальцев и гуманистов мира, начиная с Христа. Стихи пишутся вдохновленно и печатаются цикл за циклом, книга за книгой. Писать о феврале навзрыд, Пока грохочущая слякоть Весною черною горит. Это одно из первых стихотворений поэта является как бы визитной карточкой его поэзии. Здесь звучит буйство молодости, радости бытия в огромном мире. Эмоции через край: Слагаются стихи навзрыд. Пастернака неоднократно обвиняли в эстетстве, в излишнем увлечении формой в ущерб содержанию. Но это были необоснованные обвинения. Пастернак никогда не был формалистом, никогда не шел от формы в ущерб содержанию. Мне снилась осень в полусвете стекол, Друзья и ты в их шутовской гурьбе, И, как с небес добывший крови сокол, Спускалось сердце на руку к тебе. Но время шло, и старилось, и глохло, И поволокой рамы серебря, Заря из сада обдавала стекла Кровавыми следами сентября. В стихах Пастернака много пространства, света, контрастных цветов. Эпоха была яркая, бескомпромиссная, она рождала стихи под стать себе. Не поправить дня усильями светилен. Не поднять теням крещенских покрывал. На земле зима, и дым огней бессилен Распрямить дома, полегшие вповал. Булки фонарей и пышки крыш., и черным По белу в снегу - косяк особняка: Это - барский дом, и я в нем гувернером. Я один - я спать услал ученика. Пастернака обвиняли в аполитичности, в излишнем увлечении формой. Малограмотные чиновники не понимали высокого искусства поэта, а значит, оно было "не нужным". Главной темой жизни Бориса Леонидовича в этот период становится тема выживания. Но не только физически, но и духовно. Он упорно и много работает, его не печатают, но это не останавливает поэта. Для него жить - значит писать, а писать - жить. Глухая пора листопада. Последних гусей косяки. Расстраиваться не надо: У страха глаза велики. Пусть ветер, рябину занянчив, Пугает ее перед сном. Порядок творенья обманчив. Как сказка с хорошим концом. Борис Леонидович отстаивал "автономию" поэта лишь для того, чтобы всегда, при всех поворотах иметь возможность говорить правду. Вокзал, несгораемый ящик Разлук моих, встреч и разлук, Испытанный друг и указчик, Начать - не исчислить заслуг". Бывало, лишь рядом усядусь - И крышка. Прощай же, пора, моя радость! Я спрыгну сейчас, проводник... Будучи гениальным поэтом, Пастернак был провидцем, он смог увидеть наше "далеко". Он не просто дал точный диагноз времени, но и рекомендации к лечению. Но нет пророка в своем Отечестве. Кто будет прислушиваться к опальному поэту? Только потомки оценили масштаб личности поэта, уже после его смерти. А поэт - художник, немного дитя, хочет при жизни быть читаемым, известным. Все было у Пастернака: любовь и обожание знатоков, и абсолютное забвение со стороны официальных властей, и почти полное одиночество. Я попал, как зверь в загоне. Где-то люди, воля, свет, А за мною шум погони, Мне наружу хода нет. Темный лес и берег пруда, Ели сваленной бревно. Путь отрезан отовсюду. Будь что будет, все равно. Накануне 1941 года поэт в предчувствии новой народной трагедии создает одно из лучших стихотворений, переполненное болью и любовью к народу. Торжественное затишье, Оправленное в резьбу Похожее на четверостишье О спящей царевне в гробу. И белому мертвому царству, Бросавшему мысленно в дрожь, Я тихо шепчу: "Благодарствуй, Ты больше, чем просят, даешь". За веру в страну и ее народ, за любовь к родной культуре и истокам "заслужил" Борис Леонидович впоследствии клеймо космополита. Забвению предали все: поездки на фронт, цикл патриотических стихов, гениальные очерки и эссе.