Охота и Рыбалка 2026 в Тайге ИЗБА Шалаш на ВЫЖИВАНИЕ Ловля Хариуса Сибирь 17

Осень в этом году выдалась на редкость щедрой на тепло. Золото берез и багрянец осин полыхали так ярко, что казалось, будто тайга решила устроить напоследок грандиозный праздник перед долгой зимней спячкой. Именно в эту пору мы — я, мой брат Дмитрий, наш отец Евгений Федорович и сосед Иван — собрались на традиционную десятидневную рыбалку. Место было проверенное, глухое, за триста километров от цивилизации, там, где река Кара-Суур несет свои ледяные воды сквозь вековые кедрачи. Добирались на стареньком «УАЗике» отца, который тот любовно называл «козликом». Дорога шла сначала по асфальту, потом по гравийке, а последние сорок километров мы и вовсе ползли по лесовозной колее, переваливаясь через корни и объезжая болотины. Иван, огромный бородатый мужик с руками медведя, всю дорогу травил байки про медведей-шатунов, чем изрядно веселил нас и пугал Дмитрия, который хоть и был взрослым мужиком, но в тайге чувствовал себя неуверенно. Лагерь разбили на высоком берегу, на песчаной косе, которую река огибала, создавая тихую заводь. Палатки поставили так, чтобы входы смотрели на воду. Отец, как самый опытный, сразу занялся костровищем: выкопал ямку, обложил её камнями, притащил пару сухих валежин. Иван с Дмитрием натягивали тент над импровизированной кухней — столом служил большой плоский камень, найденный тут же на берегу. Первая ночь прошла в приятной усталости. Трещал костер, над рекой поднимался туман, а мы сидели, пили чай с дымком и слушали, как где-то в глубине леса ухает филин. Отец, глядя на звезды, сказал: «Завтра с рассветом пойдем на перекат. Чувствую, хариус должен брать». И он не ошибся. Утро встретило нас морозной свежестью. Трава серебрилась инеем, вода в реке парила. Мы натянули резиновые сапоги, взяли удочки с легкими поплавками и отправились на длинный каменистый перекат, где река шумела, разбиваясь о валуны. Хариус — рыба благородная, красивая и привередливая. Его чешуя отливает серебром и синевой, а парус-плавник на спине напоминает маленькое произведение искусства. Клевал он в это утро действительно отлично. Только успевали забрасывать. Поплавок нырял, и вот уже на крючке трепещет живая серебряная молния. Отец учил нас: «Хариус — рыба чистая, водится только в самой холодной и прозрачной воде. Он ошибок не прощает, но и сам не прощает, если его неправильно поймать». Мы ловили на червя, на кузнечика, на мелкую блесну. Азарт охватил всех. Даже обычно флегматичный Дмитрий, поймав первого крупного хариуса грамм на четыреста, издал победный клич, распугав окрестных рябчиков. Иван, стоя по колено в ледяной воде, только посмеивался в усы и подсекал одну за другой. К обеду у нас уже было два ведра отборной рыбы. А потом началось волшебство, ради которого, наверное, мы и ехали в такую даль. Отец развел костер до состояния жарких углей, достал из машины огромную чугунную сковороду. Иван тем временем быстро чистил хариуса — движения его были отточены годами. Рыба отправлялась на сковороду целиком, с головой, присыпанная солью и перцем, иногда с парой лавровых листиков, найденных в отцовском «походном наборе специй». Шкворчание сала, шипение капель воды, попадающих на раскаленный металл, и густой, ни с чем не сравнимый запах жареной рыбы, смешанный с ароматом дыма и осеннего леса — это и есть счастье. Мы ели хариуса прямо со сковороды, обжигаясь, отламывая хрустящие плавники и выбирая нежнейшее мясо. Оно было сладковатым, сочным, с легким привкусом речной свежести и дымка. К рыбе полагалась вареная картошка в мундирах, запеченная в углях, и крепкий чай с травами. Так прошло десять дней. Дни сливались в один бесконечный, наполненный рыбалкой, костром и разговорами. Мы ловили, чистили, солили, коптили в импровизированной коптильне из старого ведра, жарили и снова ловили. Говорили обо всем на свете: о прошлом, о планах на будущее, о смысле жизни. Иван рассказывал про свою молодость на Севере, отец вспоминал деда, Дмитрий строил планы на следующий год. А я просто смотрел на их лица, освещенные огнем, на реку, несущую свои воды, и понимал, что эти мгновения — и есть настоящая жизнь. На десятый день, когда пришло время уезжать, мы собрали лагерь. Мусор сожгли, кострище закопали. Река шумела так же, как и десять дней назад, но что-то изменилось. Мы стали чуточку ближе друг другу, чуточку мудрее и чуточку счастливее. Дорога домой казалась короче. В багажнике лежали мешки с копченым хариусом, который зимой будет напоминать нам о золотой осени. Отец, ведя машину, вдруг сказал: «Хорошо посидели. На следующий год обязательно поедем снова». И мы все согласно кивнули. Потому что тайга, костер и жареный хариус — это не просто еда и отдых. Это ритуал, это связь поколений, это то, что делает нас семьей. Смотреть ( полные версии ) РЫБАЛОК с 2010 года по 2026 можете в ПЛЕЙЛИСТЕ https://rutube.ru/plst/341046 ------------------------------------- И https://rutube.ru/video/23655f3a77d97cd02c8faf7ebe623097/ ------------ Чист с середины https://rutube.ru/video/4760fe51b27742351bf1f0b3c189a0cd/ 29 сентября 451 просмотр