В этом фрагменте Андрей Валамин говорит о трансферентно-контртрансферентной динамике и о том, что клиент редко приходит к терапевту «с нуля».
Часто в начале работы он может видеть в специалисте мага, гуру или целителя — того, кто должен совершить чудо, дать готовый ответ или быстро избавить от боли.
И здесь для психолога появляется ловушка: начать соответствовать этой роли, спасать, обещать больше, чем возможно, или терять границы в контакте.
В этом фрагменте Андрей Валамин говорит о трансферентно-контртрансферентной динамике и о том, что клиент редко приходит к терапевту «с нуля».
Часто в начале работы он может видеть в специалисте мага, гуру или целителя — того, кто должен совершить чудо, дать готовый ответ или быстро избавить от боли.
И здесь для психолога появляется ловушка: начать соответствовать этой роли, спасать, обещать больше, чем возможно, или терять границы в контакте.
В этом отрывке из фильма «Отступники» мужчина приходит на приём к психологу и с первых минут пытается взять контакт под контроль: требует таблетки, давит на специалиста, обвиняет, повышает голос и как будто вынуждает принять решение прямо сейчас.
Для психолога такая ситуация может стать профессиональной ловушкой.
Внутри легко включается желание срочно успокоить клиента, оправдаться, доказать, что «я не плохой специалист», уступить давлению или, наоборот, начать защищаться и входить в борьбу.
Но за агрессией и напором часто может стоять не только сопротивление, а сильная тревога, страх, отчаяние и неспособность выдерживать неопределённость.
Смотрите отрывок до конца и понаблюдайте: что происходит с границами, контактом и позицией специалиста в момент, когда клиент резко усиливает давление?
Иногда с избегающим клиентом процесс не обрывается, а постепенно теряет глубину. На что стоит обратить внимание?
Сессии становятся слишком рациональными — много анализа, мало переживания.
Клиент подробно рассказывает о событиях, но почти не говорит о своих чувствах.
После эмоционально значимой сессии появляется откат: «Да это не так важно».
Терапевт начинает обходить острые темы, чтобы не спугнуть клиента.
В работе много спокойствия, но совсем нет эмоционального риска.
Вместо исследования себя клиент постоянно просит: «Дайте технику», «Что мне делать?».
Важно не спешить считать это сопротивлением. Часто именно здесь становится видно, где клиенту слишком страшно оставаться в контакте со своими чувствами.
А как вы думаете, это уже признак того, что терапия тормозится?
Чаще всего «трудный клиент» — это не характеристика человека, а описание ситуации, в которой психологу становится трудно.
Трудно распознать ведущую динамику.
Трудно выстроить контакт.
Трудно прояснить ожидания.
Трудно понять, какую стратегию выбрать дальше.
И в такие моменты специалист может начать действовать не из профессиональной позиции, а из напряжения: спасать, оправдываться, злиться, брать на себя лишнюю ответственность или, наоборот, обесценивать себя или клиента.
Именно эти моменты мы и называем «ловушками» в работе. Ловушка — это точка, где психолог теряет опору и незаметно смещается из роли специалиста в реакцию.
То есть «ловушки» — это не про то, что клиент «плохой» или «невозможный». Это про сложные точки в контакте, диагностике и выборе дальнейших шагов.
В этом фрагменте психолог Елена Тяпченко объясняет, почему начинающие специалисты чаще сталкиваются со сложными клиентами.
В этом фрагменте психолог Елена Тяпченко объясняет, почему начинающие специалисты чаще сталкиваются со сложными клиентами.
В этом фрагменте Константин Клейн объясняет, почему за таким поведением часто стоит не отсутствие мотивации к терапии, а особый способ справляться с переживаниями.
Иногда психолог видит, что клиент вышел из созависимых отношений, встретил более надежного партнера… и снова хочет уйти. На первый взгляд кажется, что это шаг назад. Но часто избегание — не проблема сама по себе, а способ справиться с чем-то, что происходит внутри.
В этом фрагменте Константин Клейн показывает, как не останавливаться на поведении клиента, а исследовать, что именно запускает реакцию «беги»: какой триггер ее вызывает, что происходит в теле, какой смысл человек придает происходящему и почему именно такой способ защиты становится для него привычным.
💬 А вам приходилось замечать, что клиент избегает именно тех отношений, которых, казалось бы, так долго хотел?
В этом фрагменте Константин Клейн объясняет, почему за таким поведением часто стоит не отсутствие мотивации к терапии, а особый способ справляться с переживаниями.
В этом отрывке из сериала «Ход королевы» звучит важная мысль: злость сама по себе не является чем-то плохим.
Она может стать источником энергии, помочь защитить свои границы, отказаться от привычных сценариев и сделать шаг к изменениям.
Но если злость долго подавлять или, наоборот, она становится единственным способом реагировать на мир, она перестает быть ресурсом.
В терапии одна из важных задач — помочь клиенту вернуть контакт со своей злостью и научиться использовать ее как опору для изменений, а не как силу, которая разрушает отношения или самого человека.
💬 А как вы понимаете эту фразу: «Щепотка пробуждает, перебор — отупляет»? Поделитесь своим мнением в комментариях.
В этом отрывке из сериала «Ход королевы» звучит важная мысль: злость сама по себе не является чем-то плохим.
Она может стать источником энергии, помочь защитить свои границы, отказаться от привычных сценариев и сделать шаг к изменениям.
Но если злость долго подавлять или, наоборот, она становится единственным способом реагировать на мир, она перестает быть ресурсом.
В терапии одна из важных задач — помочь клиенту вернуть контакт со своей злостью и научиться использовать ее как опору для изменений, а не как силу, которая разрушает отношения или самого человека.
А как вы понимаете эту фразу: «Щепотка пробуждает, перебор — отупляет»? Поделитесь своим мнением в комментариях.
Иногда такие сцены вызывают умиление. Иногда — ощущение неловкости. И дело не в самом объятии, а в том, какие отношения стоят за ним.
Бывает, что родитель начинает бессознательно опираться на ребенка как на источник эмоциональной поддержки, близости или смысла жизни. Тогда ребенку становится сложно отделиться, строить собственные отношения и чувствовать себя свободным в роли взрослого человека.
В психологии такая динамика может рассматриваться через понятие скрытого (эмоционального) инцеста. Речь не идет о сексуальных отношениях. Это ситуация, когда ребенок оказывается вовлечен в эмоциональную роль, которая принадлежит взрослому партнеру: становится главным утешением, опорой или самым близким человеком для родителя.
Во взрослом возрасте это может проявляться в трудностях сепарации, чувстве вины за собственную жизнь, сложностях с построением близких отношений и постоянном внутреннем конфликте между верностью семье и собственными потребностями.
Именно поэтому психологи всегда смотрят шире отдельных поступков — на то, какие роли занимают члены семьи и насколько каждому из них остается пространство для собственной жизни.
💬 А что вы думаете по этому поводу? Как вы воспринимаете подобные ситуации? Поделитесь своим мнением в комментариях.
🎧 Также приглашаем послушать наши новые аудиоподкасты на Яндекс Музыке LIFE PRACTIC: психология для практиков:
• «Отношения и сексуальность шизоидной личности»
• «Как отличать пограничную и нарциссическую динамику»
Выпуски уже доступны на Яндекс Музыке.
В этом фрагменте Андрей Валамин, психотерапевт с опытом более 35 лет, объясняет, как может проявляться пограничная динамика в контакте с терапевтом.
Клиент уже на первой встрече может резко и глубоко раскрыться: рассказать очень личные, травматичные, тяжелые подробности своей жизни — так, что терапевту становится неловко это слушать.
И здесь важно не перепутать: это не всегда признак сформировавшегося доверия. Иногда клиент как будто «проскакивает» этап установления контакта и переносит границу туда, куда ему сейчас нужно, вовлекая терапевта в слишком интенсивную близость.
Посмотрите видео до конца — особенно если в работе с клиентами вы сталкивались с ощущением, что контакт становится слишком быстрым, плотным или эмоционально перегруженным уже с первых встреч.
Иногда такие сцены вызывают умиление. Иногда — ощущение неловкости. И дело не в самом объятии, а в том, какие отношения стоят за ним.
С точки зрения психологии важно смотреть не на отдельный эпизод, а на общую динамику семьи.
Бывает, что родитель начинает бессознательно опираться на ребенка как на источник эмоциональной поддержки, близости или смысла жизни. Тогда ребенку становится сложно отделиться, строить собственные отношения и чувствовать себя свободным в роли взрослого человека.
В психологии такая динамика может рассматриваться через понятие скрытого (эмоционального) инцеста. Речь не идет о сексуальных отношениях. Это ситуация, когда ребенок оказывается вовлечен в эмоциональную роль, которая принадлежит взрослому партнеру: становится главным утешением, опорой или самым близким человеком для родителя.
Во взрослом возрасте это может проявляться в трудностях сепарации, чувстве вины за собственную жизнь, сложностях с построением близких отношений и постоянном внутреннем конфликте между верностью семье и собственными потребностями.
Именно поэтому психологи всегда смотрят шире отдельных поступков — на то, какие роли занимают члены семьи и насколько каждому из них остается пространство для собственной жизни.
А что вы думаете по этому поводу? Как вы воспринимаете подобные ситуации? Поделитесь своим мнением в комментариях.
Также приглашаем послушать наши новые аудиоподкасты на Яндекс Музыке LIFE PRACTIC: психология для практиков:
• «Отношения и сексуальность шизоидной личности»
• «Как отличать пограничную и нарциссическую динамику»
Выпуски уже доступны на Яндекс Музыке.
В этом фрагменте Андрей Валамин, психотерапевт с опытом более 35 лет, объясняет, как может проявляться пограничная динамика в контакте с терапевтом.
Клиент уже на первой встрече может резко и глубоко раскрыться: рассказать очень личные, травматичные, тяжелые подробности своей жизни — так, что терапевту становится неловко это слушать.
И здесь важно не перепутать: это не всегда признак сформировавшегося доверия. Иногда клиент как будто «проскакивает» этап установления контакта и переносит границу туда, куда ему сейчас нужно, вовлекая терапевта в слишком интенсивную близость.
Посмотрите видео до конца — особенно если в работе с клиентами вы сталкивались с ощущением, что контакт становится слишком быстрым, плотным или эмоционально перегруженным уже с первых встреч.